Осознавание — сокровище,
которое мы не замечаем

Мингьюр Ринпоче
Об осознавании

Осознавание – это суть нашего существования. Оно доступно нам все время, и все же большинство из нас не понимает этого. Одна из тибетских историй рассказывает о семье бедняков. Они жили в земляной лачуге, в центре которой располагался небольшой очаг. Дым от него уходил в отверстие в соломенной крыше. Хворост и траву клали в пространство между тремя плоскими камнями, стоящими друг от друга на таком расстоянии, чтобы на них можно было поставить небольшой котелок. Однажды в эту деревню пришел охотник за сокровищами, который ходил от дома к дому в поисках товара. Женщина засмеялась, когда он заглянул к ним, и объяснила: «Мы самая бедная семья в этой деревне, и у нас нет ничего, что могло бы вас заинтересовать». Неожиданно мужчина подбежал к очагу, широко раскрыв глаза от удивления. Он изучил камни и сказал: «Разве вы не видите? Они содержат кристаллы алмазов! Я продам их для вас, и вы станете самыми богатыми людьми в округе». Он ушел, забрав драгоценные камни, и несколько месяцев спустя вернулся с таким количеством золотых монет, что бедняки превратились в богатых землевладельцев. Эти люди все время были богаты, но не знали этого. Наше осознавание – это величайшее сокровище, и мы уже обладаем им, но не понимаем этого.

Об безличности

Вот чему учил Будда: ошибочно воспринимать реальность – значит страдать».

Но почему так сложно воспринимать ее правильно? В этом поезде я переживал страх более остро, чем когда-либо. И я чувствовал, как мое тело сжимается и не хочет быть там, где оно находилось. Я знаю, что страх отпустить знакомые идентичности – свое эго – это страх свободы. И я пытаюсь…

Мой отец часто говорил мне: «Если ты не постигнешь истину о непостоянстве, то не сможешь достичь подлинной реализации. Ты должен позволить умереть иллюзии эго. Только тогда возникнет мудрость. Только со смертью эго мы познаем свободу». В конце концов, именно поэтому я и оказался в путешествии. Но я не ожидал такой новизны во всем и сразу.

Термин «эго» часто используется для описания выдуманного внешнего слоя «я», сосредоточенного на себе. Мы часто говорим о необходимости отпустить эго, растворить его или выйти за его пределы. Я сам думал о своем намерении подбросить дров в огонь как о миссии по уничтожению эго. Однако общепринятое употребление этого слова в буддийских учениях и не только заставляет нас воспринимать эго как некую сущность, у которой есть форма и размер и которую можно удалить, как зуб. Но это не так. Эго – это не объект, а, скорее, процесс, который разворачивается из-за нашей склонности к цеплянию и попыткам ухватиться за отождествления и застывшие идеи. Под этим термином подразумевается постоянно меняющееся восприятие, и хотя эго играет главную роль в сюжете нашей истории, это не вещь. Поэтому оно не может умереть, его нельзя убить или каким-то образом выйти за его пределы. Эта склонность к цеплянию возникает, когда мы ошибочно принимаем непрерывный поток нашего тела и ума за основательное, неизменное «я». Не нужно стараться избавиться от эго, этого нездорового чувства, хотя бы потому, что его вообще не существует. Нет никакого эго, которое необходимо было бы убить. То, что умирает, – это вера в вечное, неизменное «я». В некоторых случаях термин «эго» может быть полезен, но главное – не начать бороться с тем, чего не существует. Ирония в том, что, вступая в бой с эго, мы лишь укрепляем иллюзию «я», и наши усилия становятся непродуктивными.

Из-за того что эго часто определяют как нечто негативное, особенно в буддийской традиции, мой отец особо подчеркивал, что у нас есть и здоровое эго. Это относится к тем граням нашего «я», которые интуитивно отличают правильное от неправильного, различают между защитой и причинением вреда, знают, что добродетельно и полезно. Но было бы ошибкой привязываться к этим основным инстинктам и раздувать вокруг них надуманные истории. Например, я эффективно использовал эго, чтобы изучить, а потом поддерживать монашескую дисциплину. Но если бы я думал: «О, я такой безупречный монах, я так безукоризненно соблюдаю все свои обеты», – то попал бы в затруднительное положение.


Из книги "Навстречу миру"